История компании, бренда, логотипа и торговой марки

      Он открыл миру минимализм. В одежде. При этом известность у широкой публики получил отнюдь не стилевыми решениями, а рекламной стратегией марки. В ней он использует эпатирующие рекламные образы, балансируя на грани дозволенного. 

      Кэлвин КЛЯЙН родился он в 1942 году 19 ноября, в не самом аристократическом районе Нью-Йорка Бронксе. С раннего детства он умел рисовать и шить различную одежду. Он утверждает, что решил стать модельером в возрасте 5 лет. Значительную роль в формировании его чувства вкуса сыграла его мать, которая всегда брала с собой сына в регулярные походы к портным. Однако, наибольшее влияние на будущую карьеру Кляйна оказала его бабушка, которая и научила его шить на швейной машинке. Первые модели одежды Кляйн создал еще до того, как пошел в школу. Все свое свободное время он проводил с иголкой в руках, карандашом и листком бумаги. Время шло, а желание Кельвина стать модельером становилось только сильнее.  (далее…)

      Итальянской портнихе Нине Риччи были не свойственны ни дерзкие провокации, ни строгая сдержанность, а современная простота Шанель послужила для нее лишь началом. Ее платья должны были быть романтичными, сексуальными и в то же время приличествующими для дам.

      Нина Риччи была необыкновенно элегантна. Ее красота, обаяние, манера держаться всегда привлекала внимание окружающих. Каждое утро ровно в половине восьмого ее посещал парикмахер, и уже через час в прекрасной шляпке она подходила к своему белому «кадиллаку», излучая спокойствие и уверенность преуспевающего человека. Персонал называл ее «королевой». Марка «Nina Ricci» вплоть до сегодняшних дней остается символ классической элегантности, роскоши и королевского достоинства.  (далее…)

      Доменико Дольче (Domenico Dolce) — коренастый, молчаливый, обожает черный цвет, предпочитает проводить вечера дома, потому что любит покой и уединение. Он родом с Сицилии, где его семья владела маленьким ателье. С 6 лет мальчик работал на подхвате у отца, чуть ли не с закрытыми глазами мог пришить рукав к пиджаку (за что и получил прозвище «Моцарт» — мол, этот мальчик такой же бог в искусстве кройки и шитья, как Моцарт — в музыке). В свободное время, в качестве развлечения, создавал из лоскутов миниатюрные костюмчики и платья. Жизнь на Сицилии течет по законам, сложившимся много столетий назад — глухие черные платья местных женщин, узкий шерстяной костюм, который Доменико разрешалось надевать только в воскресенье, отправляясь в церковь, блестящие итальянские мачо, умеющие так небрежно и так элегантно носить шляпы, сплошной домострой и слово отца, которое крепче любых замков. Мать его особо не баловала — семья была не из богатых, так что ни на дорогие игрушки, ни на обновки рассчитывать не приходилось. 
(далее…)

      Сегодня имени Версаче обязательно сопутствует слово «империя». Созданная руками самого великого мастера с помощью почти всей его многочисленной семьи, «империя Версаче» процветает и сегодня, даже после смерти главного ее вдохновителя. Секреты успеха, как и загадки бурной жизни и внезапной смерти Джанни Версаче, для многочисленных поклонников его дела и бесспорного таланта навсегда останутся тайной, покрытой версиями и слухами.

      2 декабря 1946 года в южном итальянском городке Реджио ди Калабрия, в небогатой, но дружной семье родился мальчик. Мать семейства — Франка, профессиональная портниха — взрастила в детях дух товарищества и чувство локтя. Она считала, что самое главное — это научить своих троих детей быть достойными гражданами и помогать друг другу в сложных ситуациях. Как потом о своей матери скажет гений моды: «Она была простой портнихой с сердцем королевы». Джанни просто боготворил мать, и, может быть, поэтому он не мог связать свою жизнь ни с чем другим, кроме шитья… Свои первые детские годы, проведенные рядом с ней, Версаче вспоминал так: «Вокруг меня были платья, платья, платья. Думаю, что своим мастерством и профессионализмом я обязан матери».  (далее…)

      Если бы кто-нибудь смог вывести формулу, по которой законченные неудачники вдруг превращаются в преуспевающих людей, человечество было бы ему очень признательно. Взять того же Армани — ну ничего выдающегося этот юноша, казалось бы, собой не представлял. Но для многочисленных поклонников имя Джорджио Армани и сегодня — успех, надежность, стабильность и… постоянное ощущение праздника. 

      Он был одним из троих детей в обычной итальянской семье, жившей в небольшом городке неподалеку от Милана. По сегодняшним меркам, дыра дырой. А уж тогда, в 30-е годы ХХ века, это и вовсе было захолустьем. В те времена считалось хорошим тоном пристраивать сыновей в медицину или юриспруденцию. Если один из братьев шел в адвокаты, то другому светила непременно карьера врача. Джорджио решил стать доктором. А что! Очень почетная профессия — избавлять людей от страданий. Да и денежная — без клиентуры даже в таком городишке, как его родная Пьяченца, не останешься. Но после двух лет учебы на медицинском факультете престижного университета в Болонье Армани понял, что карьера врача — это не для него. При виде крови ему каждый раз становилось дурно, а после того как Армани отказался идти на плановое вскрытие трупа (чтобы погрузиться, как их уверял профессор, «в волшебный мир надпочечников, альвеол и желез»), документы пришлось забрать. (далее…)

      Один из знаменитых афоризмов «мадемуазель Коко» гласит: «Все в наших руках — поэтому их нельзя опускать». Вся история жизни самой Шанель и ее «модного дела» как нельзя лучше подтверждает эти слова. Но мало кто знает, что в хрупких женских руках не всегда было все. 

      Габриэль Шанель родилась 19 августа 1883 года в больнице для нищих маленького французского городка Сомюр-эн-Луар. Ее родители — бедные пролетарии — не состояли в официальном браке. Отец зарабатывал мелкой коммерцией, мать прислуживала в чужих домах и в возрасте 33 лет умерла от туберкулеза. 

      После этой трагедии 13-летнюю девочку вместе с сестрой отдали в монастырский приют для сирот Коррез, где она провела пять лет. Маленькая Коко (тогда еще Габриэль) зарабатывала на хлеб, работая швеей.  (далее…)

      Фокус великого японца в том, что ни одну его вещь невозможно купить без того, чтобы всерьез не заболеть: это не одежда, это умный и изящный диктат над всем твоим существованием. Всерьез называя себя «портным, но никак не кутюрье», король асимметрии, приверженец черного цвета, и просто великий модельер Йоджи Ямамото, открыл вселенную имени себя, и закрывать ее никоим образом не собирается. 

      Йоджи Ямамото родился 3 октября 1943 года в Токио, в семье портнихи и солдата; отец умер на войне, когда Йоджи и двух лет не было, и с той поры его мать носила только черное. Траурное настроение, плотным облаком окутывающее Ямамото с ранних лет, очевидным образом повлияло на его творчество — до сих пор его коллекции наполовину черны, как ночь, а наполовину режут глаз ослепительно белым. Матери приходилось в одиночку растить ребенка и зарабатывать на жизнь. Для этого были необходимы мужество и твердость. Первые уроки портновского мастерства Йоджи тоже получил от мамы. 
       (далее…)

      Он был одним из тех, с кого в Европе началась мода на все японское. Он был первым, отменившим вытачки, узкие рукава, застежки-«молнии». Он был первым, предложившим Европе рукава-кимоно, набивные рисунки, яркие цветы на юбках. Европа была в восторге от Кензо! 

      Такада родился 27 февраля 1939 года в провинции Хиого, в деревушке у подножия древнего замка Химейи. Кензо был последним, пятым ребенком в семье владельца чайного домика. Больше всего он любил разглядывать модные журналы своих сестер и рисовать костюмы для бумажных кукол. Однако мечта Кензо поступить в знаменитый «Бунка Гакуен», где готовили модельеров, была более чем призрачна: мальчикам дорога туда была закрыта. Да и родители Кензо решительно воспротивились его выбору, пообещав поддержку лишь в случае, если он поступит в университет. (далее…)

      Полное имя этого человека — Ив Анри Донат Матье Сен-Лоран. Родился в колониальном Алжире, в состоятельной французской семье. Отец будущего кутюрье грезил о карьере адвоката для сына, тем более что в школе Ив учился хорошо. Но младшего Сен-Лорана такая перспектива не радовала, и он нашел себе союзника в лице матери. Он сомневался, какая из профессий подойдет ему больше — театрального художника или модельера. Когда юноша учился в старших классах, его мать, красавица Люсьенн, впервые привезла сына в Париж. Воспользовавшись своими связями, она организовала сыну встречу с Мишелем де Брюнофф, главным редактором парижского Vogue. После знакомства с эскизами Сен-Лорана Брюнофф понял, что молодой человек определенно обладает даром модельера, который нуждается в дальнейшем развитии. 

      Окончив школу (в 1954-м году, ему тогда было 18 лет), Ив приехал в Париж, поступил в школу моды и осенью того же года участвовал в конкурсе молодых модельеров. В результате он выиграл главный приз за эскиз платья для коктейля с необычным асимметричным вырезом. Кстати, участвовавший в том же конкурсе молодой немецкий модельер Карл Лагерфельд взял приз за скроенное им пальто. (далее…)